Игорь Штанг (nobelfaik) wrote,
Игорь Штанг
nobelfaik

Categories:

Юрий Герчук о кризисе классического стиля

Юрий Герчук в книге «История графики и искусства книги» рассказывает о кризисе классической (книжной) типографики в 19 веке. Мне нужна эта цитата, я просто оставлю ее здесь.

Жирный шрифт мой.

Гармонически уравновешенная архитектоническая система построения книги, основы которой были сформированы еще в XVI веке, переживает кризис, распадается вместе с ордерной системой в архитектуре, с изменениями в прикладных искусствах, в организации жилища и быта. Книга получает теперь гораздо более динамичную структуру, а ее графические и знаковые элементы становятся экспрессивными по преимуществу.

Прежде всего, решительно обновляется шрифтовое оформление книги. Можно сказать, что уже с начала XIX века готовилась и в 20–30-е годы разразилась настоящая «шрифтовая революция». Новые шрифты появляются сперва в Англии еще в первом десятилетии века. Первым был уплотненный, жирный вариант обычной классицистической антиквы, применявшийся для выделений в торговой рекламе. Позднее он играет ту же роль на титульных листах некоторых книг. Этот шрифт с чрезвычайно резким контрастом основных и волосных штрихов образует впоследствии также и варианты, применявшиеся в сплошном текстовом наборе. В России в 30–40-е годы его русский аналог носил название английского шрифта.

Следом за ним появляется множество титульных шрифтов, весьма резко, порой демонстративно удаляющихся от классической конструкции: египетский — тяжелый, жирный шрифт с такими же широкими отсечками; гротеск, где все штрихи были равной толщины; наконец, итальянский, где жирные штрихи заняли место волосных, и наоборот. Разработаны были украшенные шрифты, где массивное тело основного штриха заполнялось сложным орнаментом, белые оконтуренные литеры, оттененные, как бы возвышающиеся над страницей знаки и т.д. В результате шрифт уже не держит строгую плоскость набора, одни строки тонут в белизне бумаги, другие резко из нее выступают.

С середины 1820-х годов титульные листы и обложки книг все чаще набираются именно так — все строки шрифтами разного рисунка и насыщенности, взаимно оттеняющими свое несходство. Обычно для наиболее крупных, ударных строк выбираются шрифты самых экзотических начертаний. Под стереоскопически выпуклой строкой набирается проваливающаяся в глубину, поверхность вибрирует выпуклостями и впадинами. За знаками непропорционально широкими следуют столь же резко сжатые и узкие. Весь ритм титульного набора стал иным — резко контрастным, экспрессивным. Интонационная связь масштабных выделений со звучанием текста ослабилась. Новые приемы предполагали скорее не прочитывание подряд связного многострочного заглавия, а мгновенное выхватывание главных строк.

Вслед за титульными меняется и облик текстовых страниц. Соседство черной гравюры требует более жирных и контрастных шрифтов, включение иллюстраций в текст способствует новым средствам объединения наборной полосы, страницы иногда обводятся тонкой рамкой, получая определенно выраженный пространственный, «втягивающий» характер.

Аналогичные изменения совершаются и в орнаментации книги. Она становится обильнее, сложнее, многообразнее. Преобразуются и стиль наборных элементов орнамента, и способы их компоновки. Сдержанная нарядность ампирных рамок на обложках усложняется контрастами, выделяются и резко утяжеляются их углы. Линии узора на глазах теряют прежнюю упругость, становятся прихотливыми, извилистыми, капризными, умножаются и измельчаются всевозможные завитки, усики, ритм становится беспокойным и дробным. Вместе с тем перегруженность поверхности создает некоторую аморфность. Уже в 30-х годах появляется новый тип наборного орнамента, заполняющего поверхность страницы мельчайшим бесконечным кружевом из звездочек, колечек, петелек и т.п. Из таких мелких орнаментов выстраиваются иногда на титульных листах своеобразные «архитектурные» обрамления в виде узорчатых воротец.

Вслед за орнаментами разрастается количество находящихся в употреблении наборных виньеток — ксилографий или политипажей с них. Среди них и старые, строгой классической стилистики, и новые, где возвышенный аллегорический язык ампира вырождается в прозаизмах новой эпохи — в дробности светотеневой пространственной прорисовки, многословности и натурализме деталей. В альбомы типографских готовых «образцов» все чаще наряду с композициями эмблематическими вторгаются вполне конкретные изображения животных, механизмов, орудий труда, какие-то иллюстрации к уже неведомым романам (и равно годные в любой расхожий роман). Случайными политипажами — взамен специально заказанных иллюстраций или в дополнение к ним — нередко наполняются страницы недорогих изданий 1830–1850-х годов.
Tags: классика, книги, старье, типографика, цитата
Subscribe

  • Амнистия серого текста

    У Ильи Бирмана недавно вышла заметка про серый текст. Я планировал рассказать примерно о том же, но раз Илья меня опередил, придется писать…

  • Отвлеченное иллюстрирование

    Практикую отвлеченное иллюстрирование. Картинки на внутренних страницах моего сайта напрямую не связаны с содержанием страниц. В статьях —…

  • igorshtang.ru

    Теперь у меня есть сайт: igorshtang.ru. На самом деле это не настоящий сайт, а список ссылок на ЖЖ и другие сервисы. Я собрал статьи, переверстки и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments